Хроники Тамриэля

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Хроники Тамриэля » Архив отыгранных эпизодов » Тревожная ночь


Тревожная ночь

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Предшествующий эпизод: Не на жизнь, а на смерть
Участники: Анейрин

0

2

Вторгаться в жилище чародея - дело опасное и неблагодарное. Хотя бы по той простой причине, что кроме банального дверного замка обитель волшебника защищают сюрпризы разной степени опасности и пакостности, способные доставить немало проблем незадачливому "посетителю". И в то же время их наличие - верный призрак того, что чародея нет и дом остался ждать своих обитателей.
Несколько рун, хитро раскиданных у порога, вспыхнули фиолетовым светом и погасли. Прямой опасности они не несли, заложенной в них магии было слишком мало для нанесения вреда ступившего в них. Вот только раскат грома, прогремевший на весь квартал, мог принести сюда несколько стражников или ватагу неравнодушных соседей. К слову, не обязательно покарать незваного "гостя", порой старый магистр сам забывал о собственных ловушках и потом долго выслушивал лекции от ближних.
Аккуратно затворив за собой дверь, юноша рухнул на пол, прикрыв глаза. Несколько мгновений... несколько мгновений можно было позволить себе расслабиться. Это может стать ошибкой, может просто напросто погубить его, и именно этих секунд ему не хватит чтобы улизнуть от Талмора, но отказаться от возможности хоть на краткий миг забыть обо всем, осознать, что он пусть и не дома, но в месте весьма близком к нему и дать себе перевести дух, было выше сил альтмера. И все же долго разлеживаться он себе не позволил - слишком многое предстояло сделать.
Черный камень отозвался на призыв мистика, показав свое расположение. Нехитрое убежище его не было отмечено ни знаком, ни расположением вещей, лишь особые чары давали возможность определить его местонахождение. А определив - забрать. Конечно, можно было просто разобрать пол целиком, но, к счастью, у осматривающих дом талморцев эта мысль в голове не проскользнула. Почему же он решил, что Талмор проводил здесь осмотр? Все просто, слишком многие вещи лежали вроде бы и аккуратно, но далеко не на своих местах. А некоторые из них находились там, где они не лежали сроду, и куда их не могли убрать ни хозяин дома, ни его гости. К примеру - знаменитый перегонный куб, впервые устроившийся на специально предназначенной для алхимических инструментов полке.
Сборы были быстрыми. Да и что сам Анейрин мог взять в грядущие приключение на собственную голову? Лишь провизию на некоторое время, да несколько снадобий, без которых не стоило отправляться даже на простую прогулку по городу, не говоря уже о том, чтобы оказаться без лекарств вне него. Кремень или огниво не нужны тому, кто способен вызвать огонь одним лишь жестом и словом, ну а с большим... в голову юноши и не пришло, что необходимо взять что то дополнительно. Наверное, он что то упустил, но в голову так и не пришла мысль, что же он мог оставить из жизненно необходимого. Возможно только, стоило прихватить одежду потеплее, чем простая рубашка и штаны... но взять с собой привычное и не раз выручавшее облачение ученика Коллегии было просто невозможно, коварное зелье так и не выветрилось из зачарованной ткани. И потому пришлось взять альтернативу, которую каким то чудом талморцы пропустили мимо внимания. Не хотелось, конечно, подвергать опасности очередную семейную реликвию, но и выбора у него, увы, не было.
Заклинание школы Изменения успешно справилось со своей задачей. На этот раз в нем не было ошибки, и, рано или поздно вернувшиеся наставник и мастер Феврис сумеют открыть дверь обычным ключем. Ну или теми же чарами, если им будет лень искать их по всем карманам. Конечно, старый магистр потом кое кому уши надерет за то, что ушел не восстановив импровизированную сигнализацию, ну да и времени на это не было. Предстояло еще каким то чудом покинуть город прежде, чем его схватят подручные советника Арингола. И отправиться на охоту за наглым мальчишкой и "ужасным пособником некроманта" они могут в любой момент... если уже не отправились.

+3

3

...Какая-то тень метнулась из темноты переулка навстречу Анейрину. В тот момент, когда его запястья коснулась рука в черной перчатке, он мог бы рассмотреть черно-золотую талморскую форму, но в ту же секунду в ухо ему зашептал не по-талморски умоляющий голос:
- Я Ваш друг. Следуйте за мной. Если Вы привлечете внимание ищеек, то погубите нас обоих.

Незнакомец был ровесником Анейрина, таким же худощавым, разве что только чуть выше. И он был, вне всякого сомнения, чистокровным альтмером - из той желтушно-белесой блеклой породы, которая даже у себя дома на Островах сливается со стенами и выглядит на одно лицо для своих же сородичей. На нем была черно-золотая форма талморского агента, отличающаяся от юстициарских только тем, что была она чистая и выглаженная. Сутулая спина альтмера выдавала в нем того, кто большую часть дня проводит, сидя за письменным столом. И тем страннее выглядел в его свободной руке большой дорожный мешок, судя по характерной форме, наполненный каким-то тряпьем.
Незнакомец хотел добавить что-то еще, но в этот момент поблизости загрохотали по мостовой тяжелые сапоги, и отсветы факелов бросили на белые стены тени городского патруля. Талморец настойчиво потянул Анейрина за руку в узкий переулок.

+3

4

На что он надеялся, как собирался покинуть город незаметно для Талмора... Ответов на эти вопросы Анейрин не знал. И в то же время понимал, что найти их необходимо, и как можно скорее. Пока советник все еще занят более насущными проблемами, пока его цепные псы не оцепили все входы и выходы. Хотя бы это, обо всем остальном можно думать позже, когда зависший над головой меч исчезнет... или рухнет, наконец-то настигнув нерасторопную жертву.
Вовремя произнесенные слова спасли талморца от неминуемой расправы. Когда разум застилает первобытный ужас, даже ничтожная крыса представляет нешуточную опасность для загнавших ее в угол, а именно это чувство почти что поглотило юношу в тот миг, когда его запястье оказалось в руках эльфа в черно-золотой мантии. Лишь спустя мгновение адепт сумел осознать, что "схвативший" его ведет себя совсем не так, как повели бы себя посланники советника, и еще несколько мгновений потребовалось, чтобы смысл сказанного сумел проникнуть в голову перепуганного альтмера, заставив развеять уже бушевавший в руке клубок молний. Не самый разумный выбор чар... но, как уже было сказано, Анейрин в тот момент был не в том состоянии, чтобы мыслить разумно.
Но даже если так, действительно ли талморец был другом ему? Доверять кому либо постороннему, а уж тем более носящему мантию Талмора, было бы опрометчивым. И все таки, юноша подчинился, позволив себя увлечь за собой.
Неизвестно, сумел бы он справиться с незнакомцем. Но даже если так - шум схватки привлек бы внимание всех окружающих стражников, а их внимание для скайримского чародея сейчас так же смертельно, как внимание советника. Не говоря уже о посланных конкретно по его душу эльфах, которые ведь знают, где живет их жертва, и, скорее всего, уже целенаправленно идут сюда. Так что приходится понадеяться на милость Богов и надежду о том, что провозгласивший себя другом действительно им окажется. Ну а если нет... избавиться от его общества будет куда удобнее в темных закоулках, чем посреди улицы и на виду у патрулей.

+3

5

В переулке незнакомец вжался спиной в стену и затаил дыхание, пока мимо грохотал доспехами городской патруль. Когда легионеры прошли мимо, альтмер едва слышно пробормотал что-то вроде: "Слава Богам!", скинул с плеча свой мешок, опустился рядом на колени, развязал веревку и принялся доставать оттуда какое-то тряпье.
- Я работаю в здешнем талморском штабе, - быстро пояснил он Анейрину, не отрываясь от своего дела. - Но только формально. На самом деле я служу одной... кое-кому, кто решил принять участие в Вашей судьбе. Не бойтесь, - талморец вскинул голову и чуть повысил голос, предупреждая возможные подозрения. - Мы Ваши друзья. Я знаю, что Ваш отец служит в Легионе. Я... мы. Мы тоже верны Империи. Не ее чиновникам, но ее духу. Вот, берите, - он бросил Анейрину тяжелый черно-золотой плащ и юстициарскую робу. - Одевайтесь и накиньте капюшон. Легионеры нас не остановят, а если встретим талморцев... - альтмер завязал мешок, бросил его под куст и подошел в плотную к Анейрину: - Слушайте внимательно. Все знают, с кем работают. Но сейчас в городе две группы - городской штат и прибывшие с Советником. Первые и вторые не знают друг друга в лицо. Если при встрече с талморцами я откину капюшон, - альтмер отбросил на плечи капюшон своей робы, - значит, мы встретили местных, и если Вас спросят, Вы должны представляться агентом Советника. Если я останусь в капюшоне, - альтмер набросил капюшон обратно на лицо, - значит, перед нами солдаты с корабля, и тогда Вы - служащий городского штата. Идемте.

Отредактировано Хроники Тамриэля (2018-08-31 15:26:12)

+3

6

Талморское одеяние... сама мысль не то, что облачиться в одежды алинорского юстициара, но просто взять в руки черно-золотую мантию заставляла Анейрина содрогнуться. В голове юноши с трудом укладывалось, что он может, и, что самое непостижимое, может добровольно согласиться с необходимостью использовать эту уловку, попытаться скрыться за маской Талмора. Слишком большим злом виделся он в семье молодого мистика, и потому сама мысль казалась кощунством, преступлением против всего, во что верил и чем дышал.
Но иного выхода уже не было. Конечно, можно пойти на поводу у своей гордости, бросить алинорские тряпки в лицо альтмеру и пытаться скрыться от взора ищеек самостоятельно. Возможно, неожиданный союзник действительно окажется союзником и, как минимум, не будет мешать. Возможно, он сумеет от него скрыться, если на самом деле альтмер останется врагом. Но... что дальше? Советник наверняка уже начал действовать, и, вполне возможно, задействовал абсолютно все подвластные ему ресурсы, как прямые, так и косвенные. Совсем скоро искать беглеца будут не только несколько шавок алинорского вельможи, но и имперские солдаты. Зачем, почему... что нибудь наплетет, в этом юноша не сомневался. И даже портрета преступника не понадобится, советник слишком искусный иллюзионист и сумеет воспроизвести образ Анейрина перед своими гончими во всех подробностях. Далеко ли уйдет после этого беглец? Да и говорить что то не придется, достаточно лишь легионерам просто задержать для досмотра подозрительного мальчишку. Черный камень душ скажет им все за себя, и даже клеветы талморского советника не понадобится.
Поэтому придется наступить себе на горло. Спрятаться на виду, скрывшись под маской врага. Конечно, такая хитрость скорее всего не спасет его при встрече с теми, кто будет охотиться конкретно на беглого мистика, но убережет от тех, кто будет ловить его из общих соображений.
- Капюшон - солдаты советника, без него - местные... - тихо повторил юноша. Повторил не столько чтобы запомнить, сколько просто что то ответить... и успокоить себя самого. Когда привыкаешь постоянно разговаривать сам с собой, порой в критические минуты становится просто необходимо услышать свой голос. Тогда сразу все встает на свои места, да и начинаешь чувствовать себя увереннее. А уверенность в грядущем маскараде будет необходима.

+4

7

- Все правильно, - внезапный союзник кивнул и попытался улыбнуться смелой, ободряющей улыбкой, но дрогнувшие уголки губ выдали его собственный страх.
Они быстро шли темными улицами - две черно-золотые тени, воплощенный страх, мишень для слепой ненависти. Легионеры из ночного патруля прошли мимо почти вплотную, но ни один взгляд не скользнул по лицу Анейрина: альтмер в талморской форме как будто был отгорожен стеклянной стеной от остального мира.
Талморец, назвавшийся другом, изредка посматривал на своего подопечного и однажды несильно ударил ладонью между лопаток, безмолвно приказывая выпрямить спину. Чем ближе они подходили к Талос-Плазе, тем бодрее было его блеклое, невыразительное лицо. А когда между белых стен показались городские ворота, он позволил себе едва слышно прошептать:
- Почти дошли...
И в этот момент в спину беглецам ударил оклик:
- Секретарь Тусамисил!
Альтмер затравленно обернулся. К ним через площадь шли двое легионеров в глухих шлемах, судя по доспехам - мужчина и женщина.
- Секретарь Тусамисил, куда это Вы направляетесь прочь из города на ночь глядя? - красивый и молодой, но не по-девичьи серьезный голос зазвучал, как лязг захлопывающейся решетки темницы. - Опасно, любезный. Вы, насколько нам известно, эльф исключительно мирной профессии.
Тусамисил откинул на спину капюшон. Он на удивление хорошо держал лицо и надменный голос, однако даже в свете факелов видно было, как он бледен.
- Не припомню, чтоб мы были знакомы, - отрезал он. - И полагаю, что распоряжения, которые мне дает эмиссар, не обязательно согласовывать с... прости Мара, с городской стражей!
Приглушенный сталью, послышался веселый смешок. Стражница сделала шаг назад, под свет уличного факела, чуть наклонила голову и стянула шлем. По плечам рассыпались темно-золотые волосы. Косые лучи света легли на миловидное, благородное лицо с умными и немного печальными глазами.
Если бы в этот момент Анейрин посмотрел на Тусамисила, то увидел бы на лице секретаря выражение восторга и обожания, которое трудно представить себе при встрече талморца - с легионером. Стражница едва заметно кивнула ему, как старому другу, и - одним взглядом, - велела молчать.
- Да, но видите ли, господин секретарь, талморцам в городе последнее время небезопасно. Говорят, какие-то полудурки буянят во имя мертвой династии Септимов, - глаза стражницы смеялись, - а нам совсем не нужен новый дипломатический скандал. Поэтому мы бы сочли за лучшее проводить вас, господин секретарь - если, конечно, Ваш коллега не против.

Отредактировано Хроники Тамриэля (2018-10-01 20:23:39)

+3

8

Судьбе не чужда ирония... Использовать в качестве защиты одеяние врага, более того - врага, что был противен всей твоей сути, шутка более чем достойная Богов. Наверное, еще более злой шуткой была бы мантия черного червя, но пока что никто из небожителей не додумался до такого извращения. Хотя - кто знает? Пути Богов неисповедимы.
Но стоит признать, этот ход оказался достаточно успешным. Талмор обладал достаточной известностью и влиянием на умы имперцев чтобы служители Легиона даже не пытались задержать "юстициара". О том, что бы произошло, натолкнись они хотя бы на одного истинного талморца, Анейрин старался не думать. Великих актерских дарований юноша в себе не чувствовал, а даже и возникни они перед лицом смертельной опасности, достаточно многие знали беглого мистика в лицо, и встреча хотя  бы с одним из них гарантировала весь спектр последствий с бедствиями. Но, было ли этому виной банальное везение, или Лорд действительно прислушался к молитвам Своего подопечного, на улицах Имперского Города им так и не встретилось ни одного черно-золотого воина.
Однако даже провидение Господа оказалось бессильно перед извечным законом, что настигает страждующих в самом конце их пути. Когда уже достигнешь цели, и остается лишь протянуть руку, все идет крахом. Руки непроизвольно сжались, лицо окаменело. Страха не было, что даже несколько удивляло Анейрина, лишь досада и ярость. Досада на то, что они так и не сумели покинуть город, оказавшись буквально в шаге от ворот, и ярость на воительницу Легиона, столь внезапно решившую проявить бдительность. Пришлось даже прикусить язык, дабы случайно не вырвалось несколько слов, весьма красочно и емко обрисовывающие ситуацию, но равно неприемлемые ни для алинорского чародея, ни для адепта Коллегии. Только и оставалось, что сдержанно кивнуть, надеясь, что милость Господа все еще с ним и что в итоге Стендарр все обратит во благо.

+3

9

Они спешили прочь из города по мосту через озеро, когда их нагнали талморские солдаты. Можно было заметить, как мужчина-стражник из сопровождавшей альтмеров парочки сжал рукоять меча под плащом, но Тусамисил остановился и показал солдатам какие-то бумаги.
- Пронесло, - сварливо пробурчал легионер, когда талморцы свернули обратно в город. - Ваше Императорское Величество, Вам нельзя так рисковать!..
Девушка поморщилась, будто титул резал ей слух. Тусамисил, не сбавляя шага, повернул голову к Анейрину и почтительно указал взглядом на нее:
- Перед Вами Кинтира Септим, единственная наследница Святого Мартина...
- ...Просто воин, из числа последних, кто борется за идеалы Старой Империи, - тихо прервала его девушка. - За справедливость власти, за равенство всех рас и сословий перед общим законом. Наши имена и происхождение не имеют значения. Среди нас - легионеры, разочаровавшиеся в приказах командования, крестьяне, бывшие преступники и даже талморцы, - она по-дружески тепло взглянула на Тусамисила. - Ну а ты, Анейрин?.. Кто ты такой, если для Талмора твоя поимка желаннее, чем моя?

+3

10

Кто то считает, что аэдра либо потеряли интерес к миру смертных, либо просто уже не могут, либо еще по какой либо причине не вмешиваются в дела Нирна. Кто то ищет их промысел во всем, что его окружает, видя чудеса Девяти там, где скептики увидят лишь случайную последовательность событий. И действительно, истинные чудеса богов настолько редки, что приписывать себе их внимание к самому себе это верх наглости. Слишком ничтожен в глазах небожителей маг-недоучка, пытающийся играть в игры не по своему разумению. Вот только ничем иным, как рукой Стендарра, Анейрин не мог объяснить собственное везение. Разве не чудо, что ему удалось ускользнуть, пусть, возможно, и ненадолго, из рук алинорского советника? Разве не провидение Господа в том, что уже нагнавшие покинувших Имперский Город талморцы поверили словам и грамоте, повернувшись назад, даже не вглядываясь в лицо своего "коллеги"?
- Остается надеяться, что и внезапные спутники тоже часть Его плана... - тихо, на пределе даже собственной слышимости, произнес юноша. И надеяться на это действительно стоило, пусть пока Талмор и упустил мышь из своих когтей, грызун все еще может находиться в опасности, разве что вместо кота теперь будут совы. Или иные хищники, не суть важно. Важно лишь то, что своими силами избавиться от внезапных попутчиков у Анейрина не удастся, как бы он не прыгнул выше головы, наложить чары паралича он сумеет лишь на одного легионера. Что с ним сделает второй после подобного фокуса, вполне очевидно. И это даже если не предполагать, что внезапный союзник-альтмер на самом деле не в сговоре с этими стражами порядка. Исчезнуть по бретонски, тихо и незаметно, у него тоже не получится, по крайней мере пока. Значит, остается лишь плыть по течению, ожидая подходящего случая. Либо же когда просто не останется другого выбора.
Слова одного из стражей порядка, и те слова, что прозвучали после них, заставили Анейрина вынырнуть из пучины размышлений. И, если часть про "ваше императорское величество" он еще пропустил мимо ушей, сочтя слуховой галлюцинацией, последующее уже не могло пройти мимо сознания. Септим. Никто и никогда, ну или по крайней мере последние двести лет, еще не применял это слово по отношению к людям еще живущим. Оно покоилось в царстве мертвых, и возродить его, применив к себе, мог либо величайший наглец, либо величайший безумец. Конечно, был и третий вариант, но в него верилось слабее всего, хотя юноше и хотелось в него верить. Но одно дело верить, что где то еще сохранилась кровь Талоса и, рано или поздно, Империя окажется вновь под крылом императоров древности, другое же встретить ту, что применяет эти чаяния на себя. Хотя бы потому, что сам понимаешь глупость и бессмысленность этой веры.
- Кто я? Всего лишь маг-недоучка, по недомыслию влезший в игру сильных мира сего, - грустно усмехнувшись, произнес Анейрин. Много говорить он не видел пока смысла, но и врать тоже пока не видел нужды. Возможно, все удастся решить миром, и они разойдутся каждый своим путем. Возможно он найдет в них союзников в противостоянии с советником... и Жиардье. Если, конечно, они сами не окажутся еще одними хищниками, охочими до черной магии, - И волей судьбы - преграда их планам... хлипкая и ненадежная.
Последние слова были произнесены с некоторым запозданием и несколько тише ранее прозвучавшего, но не настолько, чтобы остальные их не сумели услышать. Тем не менее, они не предназначались для окружающих, а  были лишь случайно обретшим плоть продолжением мыслей, текущих параллельно ответу. Самокритика, конечно, до добра не доводит... но тут была лишь констатация факта. К сожалению.

+1

11

Кинтира чуть приподняла бровь, расслышав последние слова Анейрина, но приставать с вопросами не стала. Зато ее спутник-легионер был не столь сдержан:
- А корабль мертвяков там не по твою ли ду... - прежним сварливым голосом начал он, но императрица повстанцев остановила его коротким жестом:
- Браделиус, не надо об этом здесь говорить. Город близко.
Словно в подтверждение ее слов у обочины зашелестели кусты. Кинтира и Браделиус схватились за оружие, а Тусамисил, будучи "эльфом исключительно мирной профессии" быстро спрятался за их спины. Однако это всего лишь молодая любопытная лисица выбежала на дорогу и быстро исчезла в ночном полумраке.
- Тусамисил помог тебе по моему приказу, - тихо сказала Кинтира, чуть повернув голову к Анейрину. - Но я не хочу делать тебя пленником. Мы идем в наш лагерь, там безопасно... пока безопасно. И там ты будешь желанным гостем. Но ты волен сам выбирать, куда тебе идти и чью сторону принять.

+3

12

- Да, тот корабль был по мою душу, - скрывать очевидное Анейрин не видел смысла. Связать нападение на алинорский корабль и бегство недавно арестованного альтмера довольно легко, со стороны это даже совпадением сложно назвать. А если подумать, что на стороне той, что назвала себя наследницей Септимов, есть и талморцы, то они могут ей довольно многое рассказать. Вопрос только в том, что именно она знает о самом беглеце и причине его ареста? Возможно не слишком многое, а возможно и почти все, и ее недавний вопрос был лишь данью вежливости. Как всегда, все в мире слишком сложно, и не знаешь, можно ли довериться хоть кому то, кроме себя. А уж если и себе доверять не всегда можешь... Тогда беда.
Но доверяет он этой "дочери Септимов", или же нет, выбор у него невелик. А точнее говоря - он вообще отсутствует. В одиночку он не сумеет ни противостоять советнику, ни проникнуть в тайны камня. Связываться с мятежниками не хотелось, но если он попытается задействовать тот же Синод, так проще сразу отдать камень Талмору. Как то меньше боли и страданий будет, когда одного альтернативно одаренного просто прикопают на заднем дворе, а не объявят злокозненным некромантом и злостным клеветником на одного из самых достойнейших эльфов.
- Я благодарен вам за мое спасение... и, видимо, придется просить вашей помощи еще раз, - произнес Анейрин, гася окутавшее руку зеленоватое свечение. Нельзя сказать, что чары паралича всплыли в голове сами собой, на самом деле они вертелись в сознании хозяина по меньшей мере несколько минут. Вот только применить их на изначально запланированных целях юноша не пожелал, справедливо рассчитав, что такое количество целей ему пока не по силам, а внезапно выскочившая из кустов лисица явно не заслуживала такого с собой обращения, - Но должен предупредить - советник не успокоится, и если вы укроете меня, то наживете врага личного. А мне бы не хотелось подводить кого либо под удар против его воли.
На самом деле сейчас Анейрин вполне мог подставить под удар альтмерского вельможи кого угодно, кроме тех, кто принадлежал к родным и близким самого адепта, лишь бы этот удар остался последним. Мятежники, не смотря на то, что они недавно этого самого адепта буквально вырвали из лап Талмора, явно в эти категории не вписывались. Да и спасали они его явно не из общего человеко... или эльфолюбия, а, скорее всего, преследуя свои цели. Вопрос лишь в том, простираются ли эти цели дальше "насолить Талмору", и если да, то насколько далеко.

+3

13

Кинтира слушала молча и так же молча кивнула - дескать, да, я все понимаю и осознаю риск. Маленький отряд пошел быстрее, по дороге на Королл, чтоб затем свернуть в лес. Там устроили короткий привал, во время которого Кинтира и Браделиус избавились от легионерских доспехов, а Тусамисил - от талморской робы в пользу пыльных, неброских вещей простого люда. Тот, кто случайно увидел бы их возле костра, в сером свете утренних сумерек, наверняка принял бы их за компанию бродяг.
Кинтира подтянула колени к груди и обхватила их руками. Тусамисил зябко грел ладони об оловянную кружку с чаем. И только Браделиусу, кажется, все было нипочем.
- Кто он вообще такой, Арингол этот? - поинтересовался имперец, спугнув своим грубым голосом сонное, усталое молчание над костровой.
Вопрос был адресован Анейрину, но ответил Тусамисил:
- У нас его считают героем. Он спас Валенвуд от лича, которого, по слухам, вызвали к жизни имперские маги... - при этих словах Браделиус вскинулся и громко фыркнул, но Тусамисил спокойным голосом продолжал: - Однако он очень скрытный. В штабе никто, даже эмиссар Нелоир не знает, зачем он явился и что делает. Двое наших солдат странным образом погибли, выполняя его приказ. А его собственные воины, похоже, служат лично ему, а не Талмору и не Доминиону...
- Что в нем такого? - осторожно спросила Кинтира. - Кто он? Политик? Великий воин?
- Маг, - помедлив, ответил Тусамисил. - После победы над валенвудским личом о нем говорят, что он величайший Мастер всех школ магии, ученик псиджиков и чуть ли не избранник богов. Конечно, толпа преувеличивает, но... в любом случае, я думаю, его познания выходят за рамки обыденного.
- Так значит, маг, - эхом повторила Кинтира.
- У нас нет магов, - мрачно произнес Браделиус. - Мы даже понять не сможем, что этот Советник, едрить его мать, там мутит... что он, что наш ученый гость, - имперец кинул недоброжелательный взгляд на Анейрина.
- В лагере есть один маг, - задумчиво возразила Кинтира. - Альтмер, один из тех, кто сбежал из тюрьмы.
- Этот, как его бишь - Неласар? Я б ему не доверял...
- Браделиус! А кому ты вообще доверяешь?
- Никому! Даже себе - и то не всегда.
Кинтира в ответ лишь устало, невесело засмеялась.

*       *        *

Солнце успело вскарабкаться на нижние ветви деревьев с восточной стороны леса, когда маленький отряд вышел к старому хутору.
- Верзерлех, - не без гордости объявил Браделиус. - Раньше тут все заброшено было, и огры жили. Ну а мы прибрались, похозяйничали...
Похозяйничали и впрямь на славу. Хутор с многочисленными постройками производил впечатление основательного, мирного хозяйства - если бы не разбросанные во дворе и вокруг двора палатки. В одну из таких палаток и определили Анейрина; случайный сосед, улыбчивый редгард, поделился с новоприбывшим пойлом и завтраком. Кинтира милостиво объявила отбой для ночных путешественников, предупредив, что вечером ученику Коллегии придется встретиться с ней и ответить на некоторые вопросы. Вместе с императрицей исчезли Браделиус и Тусамисил, улыбчивый редгард ушел рубить дрова, и Анейрина предоставили самому себе, напоследок посоветовав хорошенько выспаться.

*        *        *

На закате в комнате Кинтиры в главном доме Верзерлеха собралось четверо: за спиной Императрицы грозным телохранителем маячил бессменный Браделиус, напротив имперцев в простых, но удобных креслах сидело двое альтмеров - Анейрин и тот, кого Браделиус назвал Неласаром.
- Ты, помнится, так и не определился со стороной, но кажется, в любом случае ты должен нам за гостеприимство, - напомнила ему Кинтира. - Этого юношу зовут Анейрин, он из твоей Коллегии. Узнаешь? Нам важно понять, что вытворяет в Сиродииле Советник Арингол, прикрываясь своим дипломатическим визитом, и это точно как-то связано с Анейрином. Нам нужна помощь опытного мага, ученого, который хотя бы отчасти сможет разгадать замыслы такого могущественного чародея, как Арингол. На тебя можно рассчитывать, Неласар?
При этих словах Браделиус фыркнул, ясно давая понять, какого он мнения о всяких пришлых-неопределившихся. А Кинтира повернулась ко второму гостю лагеря:
- Анейрин, расскажи свою историю.

+3

14

Значит, победитель валенвудского лича... Стоит признать, о своей репутации Советник более чем позаботился. Немногие бы поверили, что уважаемый эльфийский вельможа на самом деле черный маг, что пытается прибрать к своим рукам реликвии великого некроманта. Немногие, но шанс на это был. Но чтобы чернокнижником оказался тот, кто всю жизнь свою положил на алтарь борьбы с темной магией и ее проявлениями? И из за этого справиться с Советником будет гораздо труднее... словно до этого было слишком легко.
Впрочем, отчаиваться рано. Возможно, ему не поверят... ну так и Синод, и Легион к его словам и не подумали бы прислушиваться. Но здесь не Легион. Простые люди никогда не поверят в благость любого, имеющего отношение к Талмору, как, впрочем, и многочисленные иерархи Империи. Вот только те, кто поставил себя вне закона, не будут оглядываться на высокую политику, а те, кто противопоставил себя Талмору, уже не будут пытаться выслужиться перед ним. А значит, они послужат Анейрину щитом против Советника... и, возможно, против других охотников за артефактами короля червей. Надо лишь убедить их в том, что это важно, что помогая беглому магу они спасают самих себя... а возможно, и весь остальной мир.
Юноша невесело усмехнулся. Послужат, убедить, щитом... не много ли на себя берет один конкретный адепт Коллегии? Как бы ноша оказалась не по плечу жалкому недоучке, внезапно возомнившему себя великим магом, держащим в своих руках судьбу мира. Вот только, увы, выбора ему не остается, и либо он справится, либо погибнет... и хорошо еще, если погибнет только он один.
Всю дорогу до лагеря последователей "императрицы" Анейрин не произнес ни слова. Впрочем, от него и не требовали поддерживать разговор, а те немногие вопросы, что все же были заданы скайримскому адепту, находили свой ответ гораздо раньше, чем он успевал даже осознать, о чем же его спросили. В конце концов, неразговорчивого эльфа оставили в покое, рассудив, что время расспросов еще придет. Конечно, имперец что то там ворчал по этому поводу... или нет, Анейрин уже не помнил. Лишь то, что просто рухнул в отведенной ему палатке в тот же миг, когда это стало возможно. Голос разума еще отметил, что это может быть небезопасно...но почти в то же мгновение умолк, вслед за угасшим сознанием хозяина.

Пробуждение нельзя было назвать приятным. Впрочем, это единственное, что можно было о нем сказать, ведь Анейрин просто проснулся. Его не тормошили, не выливали ушата воды... На самом деле сон ушел гораздо раньше, чем о спящем альтмере кто либо вспомнил и настал час предстать пред светлые очи "ее величества".
"У тебя новая тактика, Вермина... Когда пугает не сон, а то, что это все оказалось сном," - мимолетом отметил юноша, умываясь. Возвращаться в реальность, где он был в бегах, где вокруг был лагерь мятежников, а не привычные стены Арканеума, было довольно тяжело. Но необходимо, ибо только во сне все может разрешиться само собой. В реальность, увы, приходится все брать в свои руки, и то это не является гарантией, что ты не сделаешь только хуже.
Необходимо было подумать, что ему говорить, как поступать, как выглядеть... Хотя на самом деле, если он действительно задумается над этим, то действительно все погубит. Будь кто иной на месте Анейрина, то он смог бы прибегнуть к могуществу ораторского искусства, продумать все детали своего выступления и полностью подчинить слушателей своему мастерству... а вот если этим займется ни бельмеса не смыслящий в этом адепт Коллегии, это будет выглядеть смешно и фальшиво. Его оружием должна быть правда, а она не нуждается в облачении спектакля красноречия, он только превратит ее в гнусную ложь.
- Помоги мне, Владыка, - тихо прошептал юноша, прежде чем отправиться в главный дом. В который раз он просит помощи у своего Бога... Возможно, такими темпами Лорду скоро надоест постоянно вести своего последователя за ручку. Вот только, увы, надеяться на кого то иного, даже на себя самого, пока не выходит.

Возможно, не стоило так одеваться... но идти на прием к императрице, пусть и не настоящей, в штанах и рубахе, причем далекими от первозданной чистоты, неуловимо отдавало неуважением. Конечно, под мантией они чище не стали, но и заметить это уже было достаточно сложно.
"Грязь под налетом нелепого пафоса... как бы не оказалось, что в этом я весь," - невесело подумал Анейрин. Действительно, древнее одеяние смотрелось на нем странно, и, хоть в свое время оно было довольно невзрачным и повседневным, в нынешний век облачение ученика Гильдии казалось излишне вычурным даже для полноценного мага, не то, что для подмастерья-недоучки. Оставалось лишь надеяться, что подобный наряд не истолкуют превратно... а даже если и так, выбора у него действительно не было. Ну и пока никто не косится осуждающе, то жить можно.
Довольно легкомысленно думать об одежде, когда на кону стоит столь многое... но и о чем ином оставалось размышлять, когда выбор был уже сделан? Еще там, у стен Имперского Города, он решил открыть внезапным союзникам всю истину, все то, что он утаил от Советника... и от Мастера. Если он хотел найти здесь союзников, то недомолвок быть не должно. Последователи "септимки" должны знать, на что идут, и кто будет им противостоять.
Черный камень тускло блестел в руках альтмера, своим наличием подтверждая подлинность рассказа. По крайней мере, юноша смел надеяться, что увидев его, слушатели поверят ему надежнее, чем просто услышав о темнице древнего архимага и внезапном желании алинорского вельможи его заполучить. Кто то, наверное, упал бы в обморок, увидев, как Анейрин обращается с столь опасной вещью... вот только после нескольких дней, когда камень душ вопреки всем мыслимым и немыслимым правилам безопасности был прямо напротив сердца, несколько слоев ткани уже можно считать достаточной защитой.
- Я не знаю, для чего они ищут артефакты Короля Червей, - произнес Анейрин, когда его рассказ подошел к концу, - Но мне кажется, что ни в руки Талмора, ни в руки принца даэдра они не должны попасть. Ключ к последнему из них у меня... но найти его можно и окольными путями.

+3

15

Несомненно, за гостеприимство для таких сомнительных гостей, как беглые заключённые, нужно было платить. Сам Неласар оценивал своё прибывание в лагере местных бунтовщиков очень дорого. Поэтому предложение их предводительницы помочь ей и её людям вызывало чувство некоторого облегчения. Неласар надеялся, что справится. Но он совершенно не надеялся повстречать на вечерней аудиенции у императрицы всё того же студента, что они с Полусом спасли из столичной канализации. Спасение было громким словом, они-то не собирались никого спасать, а всего лишь совершали акт вандализма над собственностью самого Полуса и городской канализации, который стоил им гораздо дороже, чем Неласар на то рассчитывал.
Ещё после общения с заключёнными орками колдун пребывал в нелучшем расположении духа. Неласар мрачно переваривал случившееся, не особо желая с кем-либо общаться. Поэтому сидя в кресле, заметил, кем является второй гость Кинтиры, только когда она его объявила, призывая Неласара к вниманию.
– Стендар милостивый, конечно же я знаю этого юношу! – тихо вскрикнул Неласар, сам удивившись собственному всплеску эмоций. Его действительно порадовало то, что он увидел Анейрина живым и невредимым. – И рад видеть его в здравии.
Неласар улыбнулся. Что касалось его выбора стороны, так он по-прежнему считал себя учёным, не желающим принимать участие в политике. Что в Скайриме, что тем более в Сиродиле. “Просто избавьте меня от очередной партизанской войны с моими же соплеменниками” - думалось ему. Он бы снова не дал никому друг друга убить, если бы у него на глазах сцепились имперцы и талморцы. Но и читать нотации по поводу и без желающим воевать молодым недам он не собирался.
– Советник Арингол? – Неласар нахмурился, вспоминая, где слышал это имя. Кажется, ему наконец-то предстояло разгадать загадку, которая привела его в тюрьму, а затем сюда. - Конечно, вы можете на меня рассчитывать, госпожа Кинтира. Мои знания к вашим услугам за всё то добро, что вы для нас совершили!
Анейрин рассказал нечто невероятное. Этот Арингол выходил великим ныне живущим некромантом, в чьи руки ни за что нельзя было допустить, чтобы попали артефакты Короля Червей, иначе это грозило обретением Тамриэля его второго пришествия. Или третьего, если верить истории падения Гильдии магов. Камень с душой её предпоследнего архимага приковал взгляд Неласара, и тот понял, что теряет связь с реальностью, полностью зачарованный мыслями о возможностях, которые этот камень перед ним открывает.

+3

16

После того, как Анейрин рассказал свою историю и замолчал, Кинтира некоторое время хмурилась, теребя пальцами выбившуюся из простой прически прядь волос. В ее взгляде, вскользь брошенном на Черный Камень, можно было заметить страх - простой, как пареная репа, суеверный страх обычной крестьянской девчонки, - и это очень не вписывалось в ее обычный облик воительницы.
Браделиус отличался куда большим хладнокровием, когда речь заходила о некромантии:
- Ага, - с каким-то довольным видом кивнул он. - А лича валенвудского этот Арингол, стало быть, прихлопнул, как конкурента! Аррртисты гррребаные!..
- Да уж... - кашлянула, наконец, справившаяся с эмоциями Кинтира. - Да уж. Прошу вас, пусть это останется между нами, - она обвела присутствующих взглядом. - Паника нас погубит.
- Паника?! Пхе!.. Да наши бойцы и не такое ви... - начал было Браделиус, но Кинтира раздраженно вскинула руку:
- Нет. Могущественного некроманта с реликвиями Короля Червей никто из нас не видел, ни я, ни ты, Браделиус... - Кинтира поднялась с кресла и взволнованно прошлась по комнате. - Что же делать?.. Неласар, ты можешь помочь?.. Ах, нет, о чем я!.. Если даже древний маг из самого Обливиона не знал способа  вытащить оттуда дух архимага для разговора...
- Ну так мы пойдем этими, как его, окольными путями, -пожал плечами Браделиус. - Анейрин, или как там тебя? Что за пути? На них, я надеюсь, нам придется положить много проклятых желтомордых?
- Браделиус!..
- А что?! Тусамисила же тут нет!.. А эти... Ну, они-то нормальные, да?

+3

17

Рука Анейрина сама собой потянулась ко лбу. Несколько секунд юноша еще боролся с собой, пытаясь предотвратить жест, столь явно демонстрирующий его невысокое мнение о высказываниях ничего не смыслящего в тайных искусствах воина, но, в конце концов, не сумел удержаться, уронив голову на подставленную ладонь. Это было невежливо, некрасиво... но, в конце концов, он не был дипломатом, всего лишь учеником волшебника. Хотя, похоже, скоро придется осваивать кучу специальностей только ради того, чтобы выжить... и добиться своих целей.
- К сожалению,  я не знаю о них, только об их наличии, - голова юноши слегка приподнялась, а ладонь переползла со лба на подбородок, - Но каким то образом Советник сумел заполучить шлем, а в руках Жиардье оказался амулет некроманта. Где бы они ни хранились раньше, их тайники оказались не столь надежны, как на это надеялись чародеи Гильдии.
Не столь надежны... А смогут ли они стать надежным тайником для третьего артефакта, заполучи они посох раньше Арингола и слуги Клавикуса Вайла? Но увы, если оставить его лежать в своем хранилище и дальше, то до него рано или поздно доберутся. Но если они нарушат покой древнего артефакта - доберутся уже до них, попытавшись забрать находку себе. Впрочем, возможно, они сумеют найти и третий путь... должны его найти. Но все упирается в то, что для этого надо проникнуть в камень, раскрыть его тайны... а это так и не удалось ни самому Анейрину, ни куда более сведующему в магии Толфдиру. Здесь требовались особые знания, которые пока что лежали вне кругозора скайримских заклинателей. Конечно, будь у них время... но времени то как раз не оказалось.
- Жиардье не обладал необходимыми знаниями, и, к сожалению, мой наставник, не говоря уже обо мне, тоже оказался бессилен. Но это возможно, а значит, есть те, кто способны проникнуть в тайны камня душ. Вопрос лишь в том, чтобы найти их... -утешитель из Анейрина был, конечно, никакой. Но увы, скрывать правду бесполезно, и даже опасно. Если верить сказанному при бегстве из столицы, среди мятежников нет магов, но это не значит, что они не сумеют попытаться найти нужного чародея среди многих и многих практиков в городах Империи... или же, если "септимка" не пожелает помогать в этой сумасбродной идее, этим придется заняться ему самому.
Внезапная мысль робко постучалась в сознание юноши. Он ведь не единственный чародей здесь, и, более того, возможно все куда ближе, чем он думает. Только сейчас адепт заметил Неласара, точнее осознал его присутствие, и в тот же миг вспомнил ворох слухов, что гуляли о нем в Коллегии. Об изгнанниках никогда не говорили, а тем более редко затрагивали те причины, по которым их изгнали и что именно они изучали, тем более никогда не обсуждали это с учениками. Да и сами студенты, встречаясь с другими магами, не рвались узнавать о взаимоотношениях их с Коллегией. Но немногочисленные намеки, случайно оброненные слова... и вечное ворчание известной сплетницы всея Винтерхолда в целом и Коллегии в частности неистребимы.
"Свинья я все таки... причем патологическая..." - самокритично, но, увы, полностью заслуженно вынес себе вердикт юноша. На многие мили вокруг единственное знакомое лицо, и обратить на него внимание лишь в тот миг, когда тебе от него что то нужно, это действительно, то еще свинство. И даже то, что он был погружен совсем в иные мысли, да и все необходимые ритуалы хорошего тона в отношении Неласара были соблюдены, хоть и проскочили мимо сознания, ни капли его не оправдывало.

Отредактировано Анейрин (2018-10-21 13:32:48)

+3

18

“Есть проклятые, а есть нормальные желтомордые,” - с усмешкой отозвался про себя Неласар. Ему было не привыкать к насмешкам и подколам нордов, в лицо и в спину, иногда в спину прилетали удары. В лицо нападать на мага, тем более альтмера, норды боялись.
– Не знаю, не знаю, – Неласар покосился на Анейрина. – В моей, так сказать, родной Коллегии меня уже давно никто нормальным не считает. Всё дело в том…
Камень завораживал, приковывал взгляд.
– Достать душу, чьё тело умерло сотни лет назад, из камня я не могу. А вот поместить в него на время ещё одну, с живым телом…
Неласар на время осёкся. Кошку с того света он однажды вернул. Зайца, лису, лошадь. А вот с более разумными созданиями удач ещё не было.
– Мой учи… Эээ, скорее коллега. Занимался исследованиями в этой области, и довольно удачными. Поэтому я как раз умею обращаться с подобными вещами.
Артефакт даэдра был хорош тем, что имел огромные размеры для поместилища той субстанции, что простые обыватели называли душой. Этого нельзя было сказать про большой чёрный кристалл в руках студента. Эти камни имели свойство разрушаться по поводу и без. Но Неласар не спешил озвучивать все эти догадки и опасения. Он окинул оценивающим взглядом всех собравшихся. Душа архимага за годы его жизни накопила колоссальные объёмы знаний, опыта и силы воли. Архимаг на то и архимаг, что может пропускать сквозь себя огромные запасы энергии для сотворения мощных заклинаний. Должно быть, ему и без того тесно в этом кристалле. Может быть, туда ещё поместится ребёнок или собака?
Кто из присутствующих может обладать не слишком великой “душой”? Не переполнен знаниями, силой воли и магических сил?
Неласар задержал долгий взгляд на девушке. Анейрин был молод, но молод для альтмера и был магом. Взрослый имперец ничего не смыслил в магии, но выглядел уже весьма опытным живым существом. С третьей стороны, а не сошёл ли там за годы заключения архимаг с ума? И что он способен вытворить, увидев посетителя. К тому же, нужно было действовать быстро, чтобы тело посетителя не умерло без души. Хотя тут Неласар мог только предполагать. Кто знает, сколько может прожить тело без души? Может быть, для него это будет не опаснее долгого, здорового сна? Или, быть может, время внутри кристалла течёт иначе?
– Думаю, я смогу здесь помочь, – Неласар склонил голову. Научный интерес, который впоследствии мог помочь ему в его вопросах к даэдра, был для него превыше всего. Иначе жизнь окончательно теряла всякий смысл.

+3

19

- Э-э-э... Найти эти пути, по крайней мере, можно? Ну так значит, найдем, - уже не так уверенно кивнул Браделиус. - Что там надо-то? Достать пару книжек из даэдровой задницы и притащить вам, колдунам? Или что? Не темните уже, говорите, что делать моим ребятам!
В этот момент Кинтира невольно, но очень точно повторила жест Анейрина: уткнулась лбом в подставленную пятерню и покачала головой:
- Браделиус, он же говорит, что сам не знает, что делать...
Браделиус насупился. Впрочем, зазвучавший в доме голос Неласара вскоре заставил его удивленно вскинуть брови, а Кинтиру - поднять лицо от ладони и внимательно присмотреться к старшему из магов. В комнате повисла долгая, вдумчивая тишина.
- Да ей-богам, сдохнет этот ваш переговорщик, - пробормотал Браделиус. - Где это видано, живую душу от тела отнимать! Ей-богам, сдохнет, это уж как пить дать!
Кинтира, вторя товарищу, покачала головой:
- Видно, придется искать окольные пути, - вздохнула она. - То, о чем ты говоришь, Неласар... Я не буду спрашивать, чем ты занимался раньше и откуда у тебя такие умения. Некромантов никто не любит. И я не знаю такого человека или эльфа, который мог бы пойти на страшный риск и стать игрушкой в этом... гхм!.. эксперименте с живой душой.

+3

20

Значит, слухи были не так уж и далеки от истины. Группа волшебников Коллегии действительно изучали свойства камней душ, и Неласар был из их числа. Как далеко они зашли с своих изысканиях, какой ценой были получены знания... это все интересные вопросы, особенно для считающих себя служителями Богов, но конкретно сейчас все это не стоит и упоминания. Важно лишь то, что дубовая дверь, в которую прежде безуспешно бились лбом, наконец-то приоткрылась. Совсем немного, но и это было подобно подарку Девяти.
Вот только окружающие не торопились этим воспользоваться. Более того - сразу попытались сделать вид, что этой  щели словно и нет, испугавшись того, чем может обернуться для них попытка в нее проскользнуть. Хотя, если говорить честно и ничего не утаивать, не по себе стало и самому Анейрину. Рисковать своей жизнью, более того, возможно и самой душой... это действительно высокая цена. И каждый будет надеяться, что ее придется платить вовсе не ему, найдется кто либо другой, будет другой путь, иное решение проблемы... вот только все это самообман. Нет другого пути, нет другой возможности. Боги всегда дают смертным лишь один шанс достичь желаемого, и иного никогда не будет.
- Я готов рискнуть, - собственный голос показался Анейрину чужим. Словно кто то другой сказал эти слова, кто то, не имеющий никакого отношения к скромному адепту Коллегии. И в то же время - это сказал он, именно он, а не другой. Странное ощущение, когда сознание словно разделяется на две части, и одна отчаянно пытается отговорить другую от опрометчивого шага. Возможно, ей это бы и удалось... но согласие уже было дано, и пути назад не было.
- На самом деле ведь у нас нет иных путей, нет времени, чтобы их искать, - Анейрин сам не знал, кого он убеждает. Пытается предупредить нестройный хор голосов, что будет всячески отвергать безумную затею? Пытается затолкать собственный страх в те глубины души, где не только другие, но и сам хозяин не сумеют его найти? Волшебник не знал ответа на этот вопрос. Наверное - и то, и другое, одновременно, слитно и нераздельно.
- И советник, и слуга Клавикуса Вайла нашли свой способ обнаружить древние реликвии. Мы можем попытаться их узнать, можем попытаться придумать свой. Но пока мы это делаем - они уже доберутся до посоха, и все наши усилия пойдут прахом, - это можно было не говорить... но и молчать молодой чародей не мог. Просто было страшно молчать, страшно хоть на секунду осознать, на что он подписался. Вроде бы, как сам не чуждый тайных знаний, должен был спокойнее относиться к подобным ритуалам... Но смотри же ты, внутри все дрожит, как у невежественного селянина, - Самый быстрый ... и надежный способ их опередить у нас в руках. Он может не сработать... но я готов хотя бы попытаться.

+3

21

– Я не некромант, – почти беззвучно произнёс Неласар, в последнее мгновение осадив сам себя, чтобы не выкрикнуть это обиженно-возмущённым тоном. Он уже столько раз повторил эту фразу, что кажется, перестал понимать её смысл.
– Некромантия – зло, а некроманты – зло ещё большее. Хуже могут быть только даэдра.
Колдун покосился на вызвавшегося рисковать душой студиозуса. Его самоотверженность показалась Неласару отдалённо знакомой и совсем не такой, к какой обычно прибегают учёные. Анейрин в своём самоотверженном выборе больше походил на жреца, чем на волшебника. Впрочем, это могло объясняться его возрастом. В юности все весьма горячи и готовы жертвовать собой во имя высокой цели.
Неласар не хотел жертвовать Анейрином. Он вообще не хотел жертвовать курами, несущими золотые яйца, и заколачивать гвозди двемерскими оптическими приборами.
– По сути, нам нужен кто-то, способный понимать речь архимага и разговаривать. Или писать, – Неласар усмехнулся, воображая себе то существо, что не способно говорить, но способно понимать и записывать. – И не обременённое достачно… эээ… так сказать, массивной душой. Вы не очень подходите, коллега… Если позволите себя так назвать.
Колдун чуть склонил голову в знак извинения, если ненароком обидел действующего члена Коллегии, из которой сам был изгнан. – Вдруг вам с архимагом станет тесно в месте его нынешнего пребывания. Вы позволите?
Неласар поднялся из своего кресла, сделал шаг навстречу Анейрину и склонился над камнем, внимательно его рассматривая.
– Если мне что-то и понадобится в том деле, которое нужно совершить как можно быстрее, то это камень душ. Чёрный камень душ… – он прищурился, переведя оценивающий взгляд на Анейрина. – Пустой, среднего размера и больше. Но что-то мне подсказывает, что в вашем лагере вряд-ли есть такой. У меня так точно нет, а если бы и был, то всё моё имущество осталось у стражи Имперского города, – он горестно вздохнул и снова сел в своё кресло.
– Можно обойтись и без камня, но я хочу подстраховаться.
“Душа. Душа! Живая душа!” – билось в его сознание. То, что наполняет живое существо силой воли, делает его по-настоящему живым. Он исследовал жизнь в своей изначальной сути, а не смерть или посмертие. Это всё было побочным эффектом исследований Мейлина, которыми тот не брезговал, а Неласар не желал иметь дела. Неласар искренне не любил некромантов, потому что повидал их достаточно. Повидал тех, кто из колдунов превращался в призывателей даэдра знает чего в мёртвые тела, чтобы те исполняли волю призывателей. И это были малоприятные типы, циничные и беспринципные. А из рассказа Анейрина сделал для себя вывод, что в противостоянии советника Арингола и служителя принца даэдра он не желал победы никому из них.

+3

22

Кинтира на мгновение преобразилась. Слишком разумная, сухая даже солдатка, предводительница восстания вдруг посмотрела на Анейрина взглядом все той же простой деревенской девушки, одновременно испуганной и тронутой чужим решением. Браделиус едва приподнял бровь:
- Ну ежели парень сам так хочет, то чего его отговаривать? Пускай рискнет. Вот только мне кажется, смысла в этом особого не будет. Помрет - и все, дальше уж мы сами побежим с этим камнем того, не при женщинах будь сказано, Дибелле поклоняться... Вот Неласар дело говорит: попроще туда кого-нибудь. Ну и ясное дело, прямо не пересказывать этому счастливчику то, что наш ученый ум тут задумал. А сказать, мол, ничего страшного, полежишь спокойненько, сон увидишь, а нам потом расскажешь.
Кинтира молчала, глубоко поникнув. Между ее бровей пролегла глубокая складка, устремленные в никуда невидящие глаза выражали мучительную душевную боль.
- Черный камень достанем, если надо, - произнесла она, наконец, с трудом поднимая взгляд на Неласара. - Что до жертвы... до посланца, я хотела сказать, - она едва заметно усмехнулась. - Я подойду?
Браделиус медленно повернулся к ней, открыл рот, но так и не смог ничего сказать.

+3

23

Коллега... Анейрин лишь горько усмехнулся на такое обращение. Пройдет еще немало времени, прежде чем он сможет претендовать на этот титул. Впрочем, произнесенное слово было лишено подтекстов, которые бы указывали адепту его место, скорее это были личные тараканы самого альтмера. Скорее сам Неласар боялся как либо оскорбить собеседника. Но на самом деле это сейчас неважно. Достоин он звания коллеги, недостоин... По существу своему это такая мелочь, что и не стоит упоминания.
Куда важнее другое, маленький нюанс, который не учел в своей жертвенности сам Анейрин. Его душа действительно может оказаться слишком "тяжелой" для камня, и, даже если не принимать во внимание, что случится с самим адептом в случае разрушения темницы древнего архимага, они потеряют единственный ключ к спасению. Имеют ли они право так рисковать?
"Возможно, мы сумеем найти другого гонца... но кого? Кто сумеет найти хотя бы подобие общего языка с Травеном? Не говоря уже о том, что даже душа говорящего попугая может оказаться избыточной..."
Но камень, лежащий в его руке, не обычный камень душ. Если верить старым легендам, остальные черные камни не годятся ему и в подметки. Возможно, что лишь он был способен вместить в себя дух великого волшебника... и, возможно, сумеет выдержать и не одну душу. Но он не может знать наверняка.
"Возможно, подойдет кто то не знакомый с магией... Все таки достаточно лишь раскрыть текущую ситуацию, да способный запомнить указания..."
Искушение скинуть свой жребий на другого было заманчивым. Вот только найти добровольца будет нелегко, а скрывать от будущей жертвы правду слишком бесчеловечно. А смельчаков, способных рискнуть своей жизнью и душой, пусть и ради спасения мира, во все времена было не так уж и много...
- Исключено! - юноша и сам удивился резкости своего голоса. Слово прозвучало как приказ, и Анейрин с удивлением осознал, что действительно приказывает, словно обладает какой либо властью. Сразу захотелось проглотить свой язык, а затем провалиться сквозь землю, чтобы не сгореть со стыда прямо тут.
- На самом деле... на самом деле это не лучшее решение, - совладав с собой, продолжил адепт, - Если все пойдет по худшему сценарию... а это весьма и весьма вероятно... ваши люди останутся без предводителя. Я думаю, вы бы не хотели этого, ваше величество...
Была ли эта девушка истинной наследницей Септимов, или же лишь использовала древнее имя, это было неважным. Она действительно в ответе за своих людей, слишком много жизней зависело от нее. К тому же, пока  существовал шанс, что в ней действительно течет кровь древней династии, Анейрин не мог ей рисковать. Хотя... в этом ли была истинная причина?
- К тому же есть еще одна сложность... Тайник, в котором хранится посох, наверняка укрыт магией. Сумеет ли тот, кто не обладает тайными знаниями, понять объяснения древнего волшебника, даже если наша авантюра удастся? - впрочем, в своих силах Анейрин тоже сомневался, но иного варианта и не было, - Я же не настолько могущественный чародей... да и этот камень не ровня остальным. Точнее это остальные не ровня ему...
"И все же, почему я накричал на "септимку" и так в штыки воспринял идею отправить в камень кого то, кроме меня, хотя мгновение назад был готов передать эту честь кому угодно?" - спросил юноша сам себя, и сразу же осознал эту причину. Ганнибал Травен... сколько знаний ушло в прошлое за минувшие после роспуска Гильдии двести лет, и сколько секретов хранит древний архимаг... Он просто не может допустить, чтобы эти знания проплыли мимо него. А чтобы получить хотя бы ничтожный шанс прикоснуться к ним, необходимо отправиться в черный камень лично, минуя любых посредников.

Отредактировано Анейрин (2018-10-23 21:56:06)

+3

24

После того, как имперец предложил использовать кого-нибудь третьего и предлог про сон, Неласар окинул его одобрительным взглядом. Хоть тот и казался простым воякой, этому типу нельзя было отказать в смекалке. Не на пустом же месте всё это восстание возникло и работает. Кроме талантливой девушки, с ней в этой авантюре принимают участие ещё и прочие интересные личности. Этот Браделиус определённо толковый тип. Но тут кандидатуру посла в камень душ предложила и сама Кинтира. Её помощник не пустит, в этом Неласар был уверен, несмотря на то, что Браделиус осёкся. Неласар уже хотел согласиться с её предложением, растянул губы в улыбке, но во время плотно сжал их, скрывая эмоции. Анейрин вдруг проявил неожиданную настойчивость.
– Постойте, Анейрин, вам уже пришлось пережить не мало неприятных приключений, – к которым он, по мнению Неласара, не был готов морально в отличие от этой бравой воительницы. – Может, не стоит?..
Колдун присмотрелся к юному альтмеру повнимательней. Нет, он не упустит своего шанса добыть знания, в этом парень был хорош, как учёный. Похвально и даже немного подозрительно. Неласар хмыкнул, доводы Анейрина были разумны. Послать к архимагу на аудиенцию посвящённого в тайные знания будет правильнее. И неординарность камня, в который архимаг заключил свою душу, была приличным доводом.
– Что ж, вы во всём правы, Анейрин. Думаю, нам стоит довериться мудрости Травена, – Неласар кивнул, а потом снова обратился к Кинтире:
– Я считаю, самым верным будет послать этого юношу. Вы нужны своим людям. Могу ли я просить вас разрешить мне воспользоваться самой тихой и надёжной комнатой вашего убежища и начать подготовку к… путешествию нашего юного друга в пристанище архимага?

+3


Вы здесь » Хроники Тамриэля » Архив отыгранных эпизодов » Тревожная ночь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC